Размер:
AAA
Цвет: CCC
Изображения Вкл.Выкл.
Обычная версия сайта
Поиск
Слабовидящим

Крупицы памяти

08.05.2018
Крупицы памяти

Великая Отечественная война для многих молодых людей уже стала легендой из фильмов и книг, временем экранных подвигов и полузабытых трудностей. Тех, кто помнит войну как время детства и юности, остается все меньше и меньше. Их свидетельства бесценны, как любая информация из первых рук. Накануне Дня Победы мы поговорили с несколькими пациентами Иркутского областного клинического госпиталя ветеранов.

«Посади меня, сестричка, на окно»

Анне Федоровне Имешкеновой в этом году исполнится 95 лет. 8 июля 1941 году она окончила медицинское училище и отправилась по распределению в Жигалово.

- Уехать из Иркутска было тяжело, времена голодные, вот многие и пытались перебраться подальше от города – там хоть прокормиться можно было с огородов, охотой и рыбалкой. Я вообще первый раз куда-то ехала одна, добралась до Качуга, а баржа, которая по Лене ходит, уже ушла, следующая только завтра придет. Сижу на берегу с чемоданчиком, и плачу – страшно. Вдруг слышу – кто-то поет рядом «О чем, дева плачешь?» Смотрю, мужчина в костюме, шляпе, нога на протезе. Оказалось, директор местной школы, к знакомым пристроил меня переночевать, а на следующий день баржа пришла. Так и добралась доЖигалово, с помощью добрых людей.

До 1943 года Анна работала в фельдшерском пункте в поселке Знаменка, потом в больнице в Жигалово, в а 1943 году ее призвали и перевели в Иркутск, в эвакуационный госпиталь 12/15.

- Госпиталь был в Доме Кузнеца, очень много у нас было людей с ампутированными ногами, за ними тяжело ухаживать – они нервные, тяжело переживали свои увечья. Я их возила на протезный завод на Ямскую, там врачи протезы по меркам делали.Бывало, раненые в сердцах нас тыловыми крысами называли, но мы не сердились, все понимали, поэтому и терпели. И сейчас нелегко инвалидом быть, а тогда-то и говорить нечего. У нас было два парнишки без рук и без ног, фамилию одного до сих пор помню – Терещенко. Совсем молоденький, глаза очень красивые, все просил: «Сестрички, посади меня на окно, хочу на мир посмотреть».

В госпитале был настоящий интернационал, многие раненые не говорили по-русски, так что пришлось Анне и языки учить:

- У нас узбеков много было, я даже чуть-чуть научилась говорить на узбекском – бумаги-то надо было заполнять. Хорошие люди были, добрые, терпеливые, даже если грустно было, всегда улыбались.

 9 мая 1945 года Анна Федоровна помнит очень хорошо:

- Все радовались, обнимались, плакали, казалось, что все, теперь-то заживем, а один пожилой майор говорил: «Рано радуемся, рано». Тогда все знали, что еще с Японией война будет, понимали, что госпиталь без раненых не останется.

Имешкенова.jpg

Анна Федоровна считает себя богатой и счастливой:

- У меня четверо детей, семь внуков и семь правнуков – все заботливые, дружные. Муж был военным врачом, войну окончил майором. Мы с ним очень хорошо жили, уже 26 лет, как его на свете нет, а я все скучаю. Война – это горе, голод, слезы, пусть ее никогда больше не будет.

Меня два раза призывали

Михаила Николаевича Сударикова из Зимы призывали на войну дважды:

- Первый раз в 1941 году – мне только 14 исполнилось, мы в 100 километрах от Москвы жили.Я на лыжах хорошо бегал и стрелять умел, думаю из-за этого и призвали. Создали батальон пацанов, чтобы, если немцы прорвутся, мы их остановили. Потом отправили на трудовой фронт, мы в Красногорске ящики для снарядов и патронов делали. Когда нашу деревню освободили, сначала в землянках жили – дома-то сгорели. На себе пахали, сеяли, скотины не было – всю поели.

Второй раз Михаила призвали 14 ноября 1943 года. После учебного батальона он попал в 17-й гвардейской стрелковой дивизии 52-го гвардейского стрелкового полка 3-го Белорусского фронта, освобождал Белоруссию и Литву, воевал в Восточной Пруссии.

- Потери большие были, бывало, нас в роте девять человек оставалось. В бою бежишь, рядом товарищ падает, о помощи просит, а останавливаться нельзя – надо задачу боевую выполнять.Помню ротного по фамилии Шкляр, он астрономом был, в перерывах между боями нам о звездах рассказывал. Во время штурма одной высоты он нам приказал за ним короткими перебежками передвигаться – опытный был, многим жизнь спас. Тут смотрим – его подбросило взрывом, и все. Во время операции «Багратион» артподготовка часа четыре длилась – это жизнь в аду: траншеи осыпались, люди оглохли. Казалось, все, жизнь закончилась.

В Восточной Пруссии наши войска столкнулись с подготовленной обороной, буквально каждый дом был крепостью:

- Доты, дзоты, все укреплено, продумано – немцы за каждый клочок земли дрались. Помню, имение какое-то заняли, так там даже дренажные трубы были. Да, там фортепиано нашли, наш лейтенант Воробьев – он из Одессы был - настоящий концерт устроил: целый вечер играл и арии из опер пел.

До Кенигсберга Михаил Судариков не дошел – его ранило 21 января 1945 года:

- Немцы сопротивлялись упорно, с фланга нашу оборону прорвали, пришлось мне прикрывать командира полка – чтобы отступить успели и знамя вынести. Увидел немецкого разведчика, он между двумя брошенными пушками был, видимо, для своих координаты уточнял, куда стрелять. Я его в прицел взял, и тут мысль мелькнула: «Что я делаю, он же человек!» Но взял себя в руки, понял, что если не я его, то он меня убьет. Потом мина рядом разорвалась, и все, очнулся в госпитале, от боли, когда хирург из меня осколки вынимал без наркоза. Больно, говорю, а он – терпи, брат! Потом были госпитали в Ильсенбурге и Каунасе, а долечивался уже в Марийской АССР, там и День Победы встретил.

Судариков.jpg

Михаил Николаевич награжден Орденом Красной звезды, Орденом Отечественной войны I степени, двумя медалями «За отвагу», а также юбилейными медалями:

- С наградами у меня казус небольшой вышел. Мы одну высоту два раза брали. За один штурм я медаль получил, а за второй награда где-то потерялась, так меня до сих пор и не нашла. Но это так, к слову, мы ведь не за награды воевали, а чтобы мир был.

Чернила из сажи и галоши с сеном

Галине Константиновне Сафоновой 86 лет, она очень хорошо помнит первый день войны.

- Мы в Зиме были, я с мамой и бабушкой лепила пельмени, а тут радио в неурочный час захрипело, и Молотов объявил о том, что война началась. Все заплакали, заголосили, потом митинг был, десятиклассники сразу стали в добровольцы записываться.

Оставшись сиротой (мама умерла в 1942 году, отец пропал без вести), Полина жила в семье тети.

- Мужчин совсем не было – все на фронт ушли, женщины на станции грузили лес и уголь, моя бабушка во всех окрестных домах ребятишек кормила и печки топила. Все друг другу помогали, огороды убирали вместе, выжили, потому что держались сообща. Когда эвакуированных привезли из Крыма, бабушка суп варила из лебеды, крапивы, всего, что в огороде было, всех подкармивала. Татарчонок прибегал к нашим воротам с баночкой консервной, все кричал: «Супа! Супа!»

Школа в Зиме работала и во время войны, но учились ребята в бараках – школьное здание отдали под госпиталь.

- Чернила делали из сажи – кипятили ее и добавляли ложечку коричневого сахара – от сердца отрывали, не ели. Страницы потом слипались, но писать зато было чем. Писали в книгах старых между строчками, а для контрольных и диктантов у нас была чистая оберточная бумага, мы ее разглаживали и тетрадки делали. Все учились хорошо, никому в голову не приходило прогуливать, стыдно было.

Галина Константиновна вспоминает, что есть детям хотелось постоянно:

- Самый голодный год был 1943 – неурожай был. Тетя моя за всю войну, по-моему, ни кусочка хлеба не съела, все нам, детям, отдавала. Уходит на работу, а у самой одна морковка в портфеле лежит – вся еда на день. Я тогда даже в обморок несколько раз упала, и меня к столовой прикрепили – подкормить. Помню, меня там не по имени звали, а «Чутьживенька», но ничего, выкарабкалась. В школе давали на класс целую булку хлеба, и мне доверяли ее делить – по 50 граммов на каждого. Я резала на кусочки, и все крошки сверху раскладывала – ничего вкуснее хлеба нет, до сих пор помню его вкус.

Сафонова.jpg

 Очень тяжело было с одеждой и обувью.

- Валенки у нас сестрой одни на двоих были, а потом я выросла, и бабушка мне в галоши клала сено, и так с шерстяным носком я их носила всю зиму. Когда пришла гуманитарная помощь из Америки, мешки из-под крупы распарывали, красили, и из них шили нам платья – тетя вышивку делала на рукавах и подоле, так что были нам обновки.

О Дне Победы в Зиме узнали из сообщения по радио.

- Все кричали, плакали, потом побежали на станцию железнодорожную, а там состав воинский стоял. Солдатики еще ничего не знали. Мы им кричим: «Война кончилась!» Что тут началась! Все вагоны открыли, выскочили, обнимают нас, плачут, радуются, насовали нам галет и пряников целые карманы. Тут гудок раздался, второй, но никто в поезд не садится, тогда он медленно так покатился, и солдатики на ходу в вагоны прыгали.

Галина Константиновна часто рассказывает правнукам о трудном военном детстве:

- Правнучка сразу плачет и жалеет меня, а правнук признался, что ему трудно это все представить – так далеко уже это время. Но мне хочется, чтобы люди помнили, как тяжело жили люди во время войны, какой ценой нам достался мир.

Чтобы помнили

Главный врач госпиталя ветеранов Игорь Демин рассказал, что к 9 мая в медучреждении готовятся, как к самому главному празднику.

- У нас пациенты - пожилые люди, они все помнят войну – кто сам воевал, кто в тылу трудился, у кого на военные годы пришлось детство. В госпитале в мае почти каждый день концерты – и школьники приходят, и студенты, и профессиональные артисты, все считают своим долгом поздравить ветеранов. Я вижу, как светлеют лица, когда звучат песни военных лет, почти все подпевают, несмотря на слезы. Завтра молодежь будет деревья сажать около госпиталя – сами предложили, молодцы. Мы стараемся общими усилиями сохранить память о том трудном времени, потому что понимаем – это наше общее прошлое.

 

 


Поделиться

Телефоны горячих линий
Запись на прием к врачу: 8 (800) 200-37-97
«Горячая линия» по обращениям граждан (справочная): 
+7 (3952) 280-326. Время работы отдела с 9-00 до 18-00, в вечернее время, выходные и праздничные дни все телефонные обращения фиксируются путем автоматической аудиозаписи с последующим их рассмотрением в первый рабочий день после выходного или праздничного дня.
Лекарственное обеспечение: +7 (3952) 260-916
Гражданам, нуждающимся в обезболивающей терапии
с 9:00 до 18:00 – +7 (3952) 260-917 в выходные, праздничные дни и нерабочее время – +7 (3952) 465-371
Оплата труда работников здравоохранения:
+7 (3952) 265-152
Обязательное медицинское страхование:
8-800-100-50-90, +7 (3952) 33-26-22
Круглосуточная «Горячая линия» по консультированию граждан Иркутской области по вопросам оказания паллиативной медицинской помощи взрослому населению:
+7 (952) 617-11-09